На прошлой неделе парусник “Армения” достиг берегов Кипра, завершив кругосветное плавание по морским путям армянской диаспоры. “Армения” отправилась в путь из испанского порта Валенсия по маршруту Гибралтар, Атлантический океан-остров Барбадос- Панамский канал- Тихий океан-Северная Америка-Панама-Атлантический океан, Южная Америка- мыс Горн-Тихий океан-Новая Зеландия-Австралия-Индийский океан-Индонезийские острова-Сингапур-полуостров Индостан-Персидский залив-Красное море-Суэцкий канал-Средиземное море, и завершила свой путь в кипрском порту Лимасол.

Мы поздравляем экипаж “Армении”, желаем крепкого флотского здоровья и новых достижений! К окончанию путешествия мы публикуем дневниковые записи начальника экспедиции, писателя-публициста Зория Балаяна.

В списке 30 государств, не имеющих выхода к морю, Армения по алфавиту входит в первую пятерку. Это не мешает нам помнить о древней державе “от моря до моря” и даже иметь свой флот. Несколько лет назад на “Киликии” – реплике средневекового киликийского торгового судна, построенной клубом морских исследований “Айас”, – было совершено плавание вокруг Европы. А в 2009-м в путешествие вокруг света отправилась парусная яхта “Армения”. Научно-исследовательская экспедиция “Месроп Маштоц” посвящена армянским матерям, сохранившим на чужбине родной язык. Второй, заключительный этап кругосветного плавания близится к завершению. До финиша оставалось около 12 миль, когда начальник экспедиции писатель-публицист Зорий Балаян выслал “Еревану” свои дневниковые записи.

Я всегда пристально наблюдаю за моими друзьями на борту «Армении» и диву даюсь тому, как быстро они приноравливаются к любой тяжелой, подчас невыносимой ситуации. Как четко несут вахту. Как, при необходимости, среди ночи все как один, не дожидаясь сигнала, поднимаются на палубу. Они не только молча, по-мужски переносят тяготы походной жизни, изменчивую погоду, штормы и штили, недосыпание и боли в мышцах. Они чувствуют себя в своей тарелке. Они чувствуют себя как солдаты, выполняющие свой долг.

Зорий Балаян Родился 10 февраля 1935 года. Окончил Рязанский медицинский институт. Писатель, публицист. Долгие годы работает собственным корреспонден- том Армении в «Литературной газете». Организовал поход на собаках по следам красноармейской экспедиции Чубарова от Камчатки до Северного Ледовитого океана, а также поход на моторных лодках по всей территории СССР. Заслуженный мастер спорта. Участвовал в плавании судна «Кили- кия» вокруг Европы. Является органи- затором и начальником экспедиции «Месроп Маштоц» на яхте «Армения».

Мы разные не только по возрасту, но и по характеру, по жизненному опыту, по образу мышления. Но мы — команда. Мы — экипаж. Семья. Это талантливые яхтсмены — ловкие, выносливые юные севанцы Мушег Барсегян и Ваагн Матевосян. Не достигший еще сорока лет золотых рук мастер Гайк Бадалян. Кок, не похожий на кока из-за своей худобы, — энциклопедист Самвел Саргсян. Вмиг повзрослевший с тех пор, как стал отцом и капитаном, Самвел Карапетян. Неунывающий, вечно молодой, как комсомол, Армен Назарян. Что касается моих достоинств, то я — тот, у кого больше всех детей и внуков на “Армении”.

Расставание с «Арменией» после первого этапа экспедиции длилось почти год. Но во время стоянки в порту Буэнос-Айреса мы были совершенно спокойны за яхту. Она находилась в надежных руках Каро Арсланяна, того самого Каро, который на своей собственной яхте «Патагония» прибыл из Буэнос-Айреса в Монтевидео, чтобы сопровождать «Армению» из Уругвая в столицу Аргентины. Этот путь мы прошли вместе на двух армянских судах под двумя армянскими флагами.

«Армению» провожают в дальний путь

За все время нашего отсутствия Каро и его друзья — Артуро Карагезян, Киркор Синасироглу и Эдуардо Карамян — регулярно навещали «Армению», проветривали ее, заряжали аккумуляторы, запускали дизель-генератор, основной двигатель, следили за помпами, протирали пыль. Словом, Каро лелеял наше судно, как свое. Был вне себя от счастья, когда узнал, что в Панаме готовятся к юбилейным торжествам по случаю миллионного судна, прошедшего через канал, и в списке этих судов — крохотная «Армения».

***

Только что наша яхта вышла из порта Мар-дель-Плата, и я по привычке взглянул на карту. На глаз определил, что до ревущих сороковых широт надо пройти всего сто двадцать миль. Это 222 километра. Время еще есть. Вот сколько — ни за что не возьмусь сказать. Не принято.

В Мар-дель-Плате никто нас не встречал, хотя мы знали, что встречу должен был организовать Аветис Саакян — армянин, переехавший сюда из Монтевидео. Но договорились-то, что он прибудет в порт в девять утра, а мы пришвартовались в восемь. Уже через час подошел к нам рослый загорелый мужчина с широкой улыбкой, который на сносном армянском сказал: «Это третий армянский флаг, вошедший в гавань яхт-клуба «Аргентина».

«Армения» Современная одномачтовая яхта длиной 19 и шириной 6 метров водоизмещением 44 тонны, осадкой 2,5 метра. Построена на судоверфи в Бордо (Франция) в 1991 году. У носа корабля на бортах латинскими буквами выведено слово ARMENIA. В центре изображены знак вечности, армянский крест и 36 букв месроповского алфавита. На корме обозначен и порт приписки судна — Yerevan. Яхта идет под парусом-флагом — армянским триколором, сшитым лучшими мастерами Новой Зеландии.

За ним по качающемуся причалу к «Армении» стали подходить люди. Возглавлял эту небольшую колонну старичок с красно-сине-оранжевым флагом в руках — лицо счастливое, глаза сияющие, весь гордый. Послышалась армянская речь. Всех подняли на палубу. Оказалось, в этом таком далеком от Армении городке живет около пятисот армян.

***

Одномачтовый шлюп «Армения» под наполненным холодным ветром трехцветным парусом в пенистых водах Южной Атлантики идет на юг. Точнее, на юго-запад. Это уже зависит от анатомии южноамериканского материка. Вся восточная часть его словно откушена неровными зубами. Вот уже неделю по утрам и вечерам одеваемся теплее. У всех лица стали темнее тел.

Как я устал от этого кошмарного однообразия! Казалось бы, что могло быть утомительнее, чем многотысячекилометровый переход на собачьих упряжках по пятидесятиградусному морозу в тундре, которая зимой напоминает застывший, оледеневший бугристый океан. Но там хоть останавливались, разжигали костер, чай пили… Другое дело — ни на минуту не прекращающаяся качка на судне. Такого мы раньше не видели. Нигде. И чем южнее, тем однообразнее. То и дело нос парусника, а подчас и весь корпус с грохотом обрушивается на воду. Двадцать ударов в минуту. То есть каждые три секунды. И днем, и ночью.

Армен Назарян Родился 19 январяя 1941 г. Окончил Ереванский госуниверситет по специаль- ности «радиофизика». Кандидат физико- математических наук. Работал в Ереван- ском физическом институте, в ЕГУ, НПО «Лазераин техника». В парусном спорте с 1978 г., мастер спорта международного класса. Основал школу виндсерфинга в Армении. Участвовал в плавании «Кили- кии» вокруг Европы. Замначальника экс- педиции «Месроп Маштоц» и старший помощник капитана яхты «Армения».

Но вдруг понимаешь, что все это детский сад по сравнению с тем, что ждет нас впереди, и уже через мгновение возвращаешься к реальности. Вот твой корабль, твои друзья, твое необычное, незнакомое без Большой Медведицы звездное небо, твой бушующий океан, твой незыблемый маршрут. А вот и кок зовет экипаж к ужину. Праздничному, как он сказал.

Сегодня Рождество Христово и юбилей нашего друга Ваге Карапетяна. Я звоню ему по спутниковой связи «Иридиум» в Лос-Анджелес и поздравляю. Ему стукнуло семьдесят. Это ж надо! В прошлом году, сразу после того, как мы отошли от порта Сан-Педро, выяснилось, что лос-анджелесские крысы перегрызли все шланги нашего судна. Мы были в ужасе. И трудно себе представить, что было бы с нами, если бы не бескорыстная помощь добрейшего и милейшего Ваге.

Продолжение следует…