Фото Мариам Лорецян

О ереванской премьере фильма «Высоцкий.Спасибо,что живой»

В МКДЦ «Дом Москвы» в формате закрытого показа состоялась ереванская премьера картины режиссера Петра Буслова «Высоцкий. Спасибо, что живой». Картину в Ереван привез сын известного поэта, актера и певца Никита Высоцкий, который одновременно является сценаристом и сопродюсером фильма. Кассовый сбор картины — более 870 млн. рублей, она стала лидером проката среди российских фильмов 2011 года и самой кассовой лентой Sony Pictures Releasing International в 2010-11 гг.

Кинозал Дома Москвы заполнили многочисленные поклонники творчества Высоцкого. Более того, особой радостью стала приятная возможность поговорить с Никитой Высоцким после показа фильма, поделиться с ним воспоминаниями о его отце (некоторым ереванцам, собравшимся в зале, когда-то посчастливилось лично пообщаться с Владимиром Семеновичем или побывать на его концерте), а также высказать свои впечатления от фильма, который наш зритель принял весьма благосклонно.

Те, кто ожидал увидеть чисто биографический фильм о Высоцком, конечно, уходят разочарованными, но его биография известна широким массам, а вот яркий эпизод, можно сказать, переломный в судьбе Владимира Семеновича и оставшийся вне кадров и воспоминаний, скорее всего, из-за цензуры того времени, был мало кому известен. О нем Никите сначала рассказал Всеволод Абдулов, потом «гэбист», который «вел» в то время певца.

Итак, 1979 год. Высоцкий, несмотря на тяжелое состояние здоровья, соглашается на уговоры своего друга Павла Леонидова лететь в Узбекистан на гастроли. Владимир Семенович, который в это время уже страдал наркозависимостью, Леонидов, Сева Кулагин и врач Анатолий Нефёдов отправляются в Бухару, где сразу становится ясно, что певец в очень плохом состоянии. Отпеть два концерта не представляется возможным. На первом концерте он выступает с такой самоотдачей, что срывает голос, силы покидают певца. Ему требуется «лекарство», то есть наркотик, который раздобыть здесь не представляется возможным, а на втором концерте должна присутствовать  какая-то узбекская «шишка» — видный партийно-государственный деятель Узбекистана.

Единственный способ раздобыть «лекарство» — это вызвать из Москвы подругу Высоцкого Таню Ивлеву, которая должна привезти коробку с ампулами. Гостиничный номер певца прослушивается. Таким способом полковник КГБ Бехтеев узнает, что Высоцкий употребляет наркотики. Конечно, путь с «лекарством» Таня преодолевает с большими сложностями. Второй концерт Высоцкий «не тянет», публика понимает, что певцу очень плохо.

В номере гостиницы у него наступает клиническая смерть. Все попытки друзей оживить певца оказываются тщетными, пока Нефёдов не решает сделать укол с адреналином в шею. В сознании Высоцкого прокручивается сон-воспоминание о том, как он выталкивал машину с женой и двумя детьми из колеи. Это дается ему с трудом. Из машины на отца смотрели лучистые глаза Никиты, и он верил, что у отца все получится. В конце сна Высоцкий все-таки выталкивает машину и «оживает» на радость друзьям. В разговоре с Таней он произносит фразу, что «у Бога мертвых нет», которая звучит лейтмотивом на протяжении всего фильма. И так же на протяжении всего фильма чувствуется, что сын вовсе не хотел обнажить перед зрителем какие-то пороки отца, как это кажется многим, он хотел сказать, что отец боролся и победил в этой нелегкой борьбе.

Скоропостижная смерть и воскресение Высоцкого смешивают все карты КГБ. Прикосновение к таинству смерти возвращает Высоцкого к поэзии. Он снова пишет стихи. Строки льются на оборотную сторону разорванной, скомканной и расправленной сигаретной пачки.

Никита Высоцкий, отвечая на вопросы ереванских зрителей, обещал зачитать это стихотворнение, но не зачитал — беседа затянулась, а организаторы напомнили, что у Высоцкого запланирована обширная программа, поэтому ереванский зритель так и остался в неведении, какое же именно стихотворение тогда написал Владимир Семенович.

Никита Высоцкий отметил, что его отец был тесно связан с Арменией. Несмотря на то что в Армении он побывал лишь в 1970 году и, согласно некоторым данным, в частности приведенным в книге протоиерея Михаила Ходанова «Религия в жизни Владимира Высоцкого: тайна крещения», был крещен в армянской церкви, армянское окружение его сопровождало с детства. Это и друзья, и мачеха, которую он отнюдь так не называл, а исключительно «мама Женя», что звучит и в фильме, и творческое окружение, которое, вне сомнения, повлияло на формирование поэта. Высоцкий дружил с Енгибаровым и Параджановым, в доме-музее которого Никита Высоцкий побывал в первую очередь, дабы соприкоснуться с духом окружения отца.

Конечно, ереванских зрителей заинтересовало, почему именно этот эпизод из жизни отца взял Никита Высоцкий, которому на момент смерти певца было всего лишь 16 лет. «У нас не было нормальной семейной жизни с борщами, ремнями и уроками, Высоцкий был для меня воскресным папой, — поделился Никита. — Но в этой истории пересекаются несколько векторов жизни отца. И для меня было важно разобраться во всем самому. За несколько лет эта работа вымотала меня, но благодаря ей я смог многое понять про своего отца. Тогда, когда мне было 16 лет, он казался мне самым обыкновенным, только с возрастом я открыл для себя его масштабы».

На вопрос, не хочет ли он снять простой фильм о жизни Высоцкого, Никита ответил примером, что когда он был маленьким, то, как многие мальчики, просто грезил войной. И вот им организовали встречу с героями, которые рассказали о войне то, что любой мальчишка уже читал в книгах. Через некоторое время героев мальчишки стали оплевывать из трубочек — им хотелось слышать реальные, жизненные истории о войне. «Так и в этом фильме. Я показал жизнь. И я вложил в эту работу всю свою душу. Вряд ли я возьмусь за другой фильм. Но если кто-то это сделает, то постараюсь поддержать», — заключил Никита Высоцкий.

«Я не люблю насилья и бессилья» — слова Владимира Высоцкого. И после этого фильма никто не сможет сказать, что он был слаб. Энергетика его песен до сих пор завораживает меломанов, а после фильма «Высоцкий. Спасибо, что живой» школьники просто стали сметать с прилавков диски и книги Владимира Семеновича, который сейчас в Узбекистане, в отличие от России, введен в школьную программу. А в Армении Высоцкого всегда вспоминают с теплотой и благоговением. Он здесь был и остается своим человеком. И более того, его стихи в переводах Авака Епремяна, Левона Бмбуляна, Ованеса Сарояна уже давно звучат на армянском — на языке любимой «мамы Жени» Владимира Высоцкого.